ПОИСК
Культура и искусство Из жизни замечательных...

"Одну из самых ценных картин для своей коллекции Богдан Ханенко отыскал… на чердаке особняка коннозаводчика Малютина"

7:15 8 июня 2017
Богдан Ханенко

Ровно 100 лет назад ушел из жизни легендарный коллекционер и меценат Богдан Ханенко. Коллекция зарубежного искусства, которую он с женой Варварой собирал более 40 лет и завещал Киеву, поныне остается самой богатой в Украине

— Молодой юрист дворянского происхождения Богдан Ханенко и старшая дочь богатейшего украинского сахарозаводчика Николы Терещенко Варвара поженились в 1874 году, — говорит заместитель генерального директора Национального музея искусств имени Варвары и Богдана Ханенко Екатерина Чуева. — Богдану было тогда 25 лет, Варваре 23 года. «Я женился и с женой ездил за границу. По пути мы осматривали картинные галереи и музеи Вены, Венеции, Болоньи, Флоренции, Рима и Неаполя. Здесь я впервые ознакомился с памятниками культуры и искусства Древнего мира, до тех пор мне незнакомыми, — вспоминал спустя годы Богдан Иванович. — Я совершенно был подавлен массой впечатлений». В свадебном путешествии молодожены сделали первые приобретения для своей коллекции произведений искусства. Она составляет основную часть фондов нашего музея, открытого в 1919 году в Киеве в особняке супругов Ханенко (дом на нынешней улице Терещенковской, 15).


*Богдан и Варвара Ханенко

— Богдан Ханенко был представителем старинного казацкого рода, — продолжает Екатерина Чуева. — Он родился в родовом имении Лотоки на Черниговщине, учился в Москве — сначала в гимназии, затем на юридическом факультете Московского университета. После окончания вуза в 1871 году его избрали мировым судьей в Санкт-Петербурге. В это же время Богдан познакомился с известными художниками: Шишкиным, Крамским, Айвазовским, Куинджи, бывал в мастерских, на открытиях выставок. Благодаря новому кругу общения у молодого юриста возникло стремление изучать и собирать произведения искусства. Через несколько лет после переезда в Санкт-Петербург он женился на землячке Варваре Терещенко, отец которой, предприниматель и филантроп Никола Артемьевич, был страстным собирателем живописи и скульптуры. Варвара унаследовала это увлечение. Неудивительно, что молодожены Богдан и Варвара стали семьей коллекционеров. У них была квартира в доме на Дворцовой набережной, 24, которую они украшали приобретенными произведениями. Через два года после женитьбы Богдана назначили членом Варшавского окружного суда, и супруги пять лет прожили в Польше.

Ханенко часто выезжали за границу и приобретали предметы на аукционах и у антикваров Рима, Флоренции, Венеции, Вены, Берлина, Парижа, Мадрида, Харбина, Каира. В те времена многие европейские аристократы устраивали распродажи предметов искусства из своих семейных коллекций. Супруги Ханенко старались не пропускать такие торги. Коллекция постоянно пополнялась новыми приобретениями — картинами итальянских, фламандских, немецких, голландских, испанских мастеров XIV—XVIII вв.еков, скульптурами, ценными археологическими находками (времен Древнего Египта, Греции, Рима), иконами, а также произведениями, привезенными с Востока. Семья собирала и читала специальную литературу по искусству (с годами была собрана богатейшая библиотека), консультировалась со специалистами высокого класса, чтобы пополнять коллекции только лучшими произведениями.

— Случались неожиданные находки?

— В зрелом возрасте Богдан Иванович написал «Записки коллекционера» — книгу воспоминаний о том, как были сделаны те или иные приобретения. Там описана такая история: однажды Ханенко нанес визит коннозаводчику Николаю Малютину, и тот рассказал, что вместе с домом ему досталась «целая галерея старых картин». Малютин велел убрать их на чердак. Ханенко попросил показать ему картины. Дело закончилось тем, что он скупил их оптом. Среди этих работ был выдающийся по художественному уровню натюрморт, который является жемчужиной собрания коллекции нашего музея. Во времена Ханенко он считался полотном кисти знаменитого испанского художника XVII века Франсиско де Сурбарана. Затем специалисты установили, что на самом деле натюрморт написал сын этого мастера Хуан (прожил всего 29 лет. — Авт.). Полотна Сурбарана-младшего не уступают по художественному уровню работам отца, но картин сына сохранилось около 12, и только три из них, включая натюрморт из Музея Ханенко, имеют подпись…


*Натюрморт работы Сурбарана-младшего из коллекции музея

— Какое произведение больше всего нравилось Богдану Ханенко?

— Сложно сказать. Несколько десятилетий визитной карточкой коллекции был портрет юной инфанты (принцессы) Маргариты Австрийской.


Многие годы считалось, что эту картину написал гениальный испанский художник Диего Веласкес. Однако сейчас мы точно знаем, что это не так.

— В советские времена крупнейший специалист по творчеству Веласкеса, американец испанского происхождения Лопес Рей проломил «железный занавес» и приехал в наш музей, — рассказала в интервью «ФАКТАМ» заместитель директора Национального музея искусств имени Варвары и Богдана Ханенко Елена Живкова. — Рей возвращался домой разочарованным. Он откровенно сказал, что в Киеве хранится не работа Веласкеса (однако в СССР выводы американского эксперта проигнорировали. — Авт.). Сейчас известно, что это полотно кисти одного из художников, работавших в мастерской зятя Веласкеса, Хуана Баутиста Мартинеса дель Масо.

— Картина итальянского мастера XV века «Мадонна с младенцем» — еще одна знаковая работа в коллекции Ханенко, — продолжает Екатерина Чуева. — Раньше считалось, что она принадлежит кисти выдающегося венецианского художника эпохи Возрождения Джованни Беллини. Сегодня мнения исследователей об авторстве этой картины расходятся, но она по-прежнему остается одним из шедевров музея.


— Почему супруги Ханенко решили переехать в Киев?

— Причина нам неизвестна. Документы свидетельствуют, что в 1881 году Богдан Иванович вышел в отставку, несколько лет прожил в Курской губернии, а затем переехал в Киев. В это время родственники Варвары Николовны выкупили несколько участков по улице Алексеевской (ныне Терещенковская), и чета Ханенко решила там обосноваться. Проект особняка заказали петербургскому архитектору Роберту-Фридриху Мельцеру. Создается впечатление, будто супруги изначально решили, что в этом доме будет музей. На такую мысль наталкивает планировка здания и декор интерьеров — второй этаж приспособлен для размещения коллекции. Особняк был построен в 1888 году. Затем еще несколько лет шла работа над интерьерами, в которой участвовали гениальный Михаил Врубель, известный художник Вильгельм Котарбинский…


На верхнем этаже размещались спальня и другие приватные помещения супругов. На втором — выставлялись лучшие вещи из их коллекции, а на первом находилась библиотека специальной литературы по искусству, насчитывавшая тысячи томов.

Побывавший в гостях в доме Ханенко художник Михаил Нестеров так описал свои впечатления в одном из писем: «Был вторично у Ханенко, подробно рассматривал его коллекцию картин и редкостей. Это собрание в своем роде единственное в стране, даже в Москве этого нет в частных руках».

— Как Богдан Иванович зарабатывал на пополнение коллекции?

— У него и у супруги были имения, приносившие доход. Кроме того, Богдан Иванович, говоря современным языком, был успешным топ-менеджером: входил в число руководителей нескольких коммерческих организаций, а в 1896 году возглавил правление сахарной империи братьев Терещенко.

Важно отметить, что музей со скульптурами львов у входа, известный сейчас как Национальный художественный музей Украины (улица Грушевского, 6), был создан по инициативе и при финансовом участии группы видных киевлян, в которую входил Богдан Ханенко. Изначально он назывался «Киевский художественно-промышленный и научный музей». Его открытие состоялось в 1904 году. А в первый раз выставка в этом здании прошла пятью годами ранее — во время проведения в Киеве Археологического съезда там разместили древние вещи, найденные учеными при раскопках. Кстати, Богдан Иванович участвовал в организации и финансировании археологических раскопок, в том числе экспедиции Викентия Хвойки, открывшего знаменитую Трипольскую культуру.

— Что подтолкнуло Богдана Ивановича к решению завещать Киеву свои особняк и коллекцию для создания музея?

— В эпоху Ханенко в Европе было уже немало случаев, когда состоятельные люди превращали свои дворцы, особняки в музеи, где выставлялись их семейные собрания произведений искусства и предметов старины. Так что решение подарить дом и коллекцию Киеву было в духе времени. В своем завещании Богдан Иванович указал, что музей на улице Терещенковской, 15, должен носить имена основателей Богдана и Варвары Ханенко. Он также позаботился об источниках финансирования музея: согласно завещанию, на эти цели должны были идти средства от сдачи в аренду помещений в большом доходном доме на Терещенковской, 13 (это здание сохранилось).

Богдан Ханенко ушел из жизни после продолжительной болезни 8 июня (по новому стилю) 1917 года. Варвара Николовна выполнила волю мужа — создала музей. Решила передать его Украинской академии наук. К сожалению, после смерти Варвары Ханенко руководство академии под нажимом советских властей приняло решение убрать из названия музея имена его создателей. С тех пор он более 70 лет назывался «Музей западного и восточного искусства».

Память о супругах Ханенко стали возрождать после провозглашения независимости Украины. К этому времени в народе о них практически забыли. Когда в 1999 году музею вернули имя основателей, нам приходилось объяснять, кем являются эти люди.

— Сохранились могилы супругов Ханенко?

— Да, они похоронены на территории Выдубицкого монастыря в Киеве, у стен Михайловской церкви.

Нам по крупицам приходится собирать сведения об основателях нашего музея. В середине 1990-х годов, когда начались поиски связанной с ними информации, знавшие их лично люди давно умерли. Детей у Богдана Ивановича и Варвары Николовны не было. Документов, воспоминаний о супругах Ханенко сохранилось немного. Известно, что в их особняке на улице Терещенковской, 15, хранился семейный архив. К сожалению, после смерти Варвары Николовны в 1922 году все эти документы исчезли. Первый директор нашего музея профессор Николай Макаренко упоминал о том, что архив сожгла родная сестра Варвары Мария Иващенко, якобы выполняя волю покойной.

Сохранились некоторые письма Богдана и Варвары Ханенко, «Записки коллекционера» об истории коллекции, написанные Богданом Ивановичем, каталоги аукционов и самой коллекции. Эти документы стали основными источниками информации о создателях нашего музея.

— Как удалось сохранить коллекцию семьи Ханенко во время Второй мировой войны?

— К концу 1930-х годов коллекция уже не была целостной: значительную часть экспонатов (например, иконы, археологические находки) распределили между разными музеями Киева, некоторые произведения были проданы за границу, отправлены в музеи Москвы и Ленинграда. Впрочем, были новые поступления, скажем, коллекция искусствоведа Василия Щавинского, картины из имения князей Репниных, всемирно известные ранневизантийские иконы VI—VII вв.еков, некогда привезенные в Киев из Афона преподобным Порфирием Успенским (в мире таких икон сохранились единицы).

В 1941 году самые ценные произведения были эвакуированы, а после освобождения Киева возвращены обратно. А вот та часть коллекции, которую не смогли вывезти, сильно пострадала в годы оккупации, многие вещи были утрачены.

Кроме того, нам так и не вернули экспонаты из драгоценных металлов, которые в 1934 году были в приказном порядке переданы в Государственный банк. Их затем передали в Музей исторических драгоценностей Украины (находится на территории Киево-Печерской лавры. — Авт.).

— Музею Ханенко хватает места для показа своих художественных сокровищ?

— В любом музее вам скажут, что не хватает экспозиционных площадей. Наш — не исключение. Раньше площадей у нас было гораздо меньше — до середины 1980-х годов вся коллекция экспонировалась только в одном здании. Затем музею передали соседний дом по улице Терещенковской, 17. В результате в 1998 году после длительной реставрации особняка Ханенко в нем открыли экспозицию европейского искусства, а в 2006 году в доме номер 17 — восточную коллекцию. Но сегодня потенциал музея и потребности нашей аудитории заставляют нас всерьез задуматься о дополнительном пространстве.


*Екатерина Чуева: «Бронзовая фигура нимфы Галатеи работы мастера Николаса Кордье украшала один из фонтанов в ландшафтном парке Вилла Боргезе в Риме». Фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»

2853

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Читайте также
Новости партнеров

© 1997—2020 «Факты и комментарии®»

Все права на материалы сайта охраняются в соответствии с законодательством Украины

Материалы под рубриками "Официально", "Новости компаний", "На заметку потребителю", "Инициатива", "Реклама", "Пресс-релиз", "Новости отрасли" а также помеченные значком публикуются на правах рекламы и носят информационно-коммерческий характер